Притоки и оттоки в розничные ПИФы: свой ряд из раскрытий УК

Главное

1. 1 Июль 2026 — самый глубокий отток из облигационных ПИФов за весь собранный ряд: −90,9 млрд ₽ после 8 месяцев притока подряд и пика в апреле 2026 (+125,7 млрд ₽). Это 9,0% от объёма класса на конец предыдущего месяца.
2. 2 В акции эти деньги не пошли: там +1,0 млрд ₽. Столько же, +90,4 млрд ₽, за тот же месяц набрал денежный рынок — это в пределах обычного для него месяца, а не всплеск. Накопленная СЧА фондов денежного рынка — 2,6 трлн ₽ против 931,9 млрд ₽ у облигационных, это 65% всех активов выборки.
3. 3 Поток и фаза цикла ставки идут вместе, но причинности здесь не показано. В месяцы, когда ставка была выше, чем тремя месяцами раньше, облигационные фонды теряли 1,4% своей СЧА в месяц, а денежный рынок набирал 14,8%; когда ниже — облигационные получали +7,8%, денежный рынок +3,1%. Но эпизодов снижения в окне всего 2, и они разного знака, а разворот потока в облигационные случился на четыре месяца РАНЬШЕ первого снижения, при неизменной ставке. Размах между фазами у облигационных — 9,3 пп, у фондов акций 2,1 пп: у акций сопоставимого движения нет.
4. 4 Денежный рынок и создал этот перекос: в июле 2021 это были 6 фондов с 10,3 млрд ₽ СЧА, к июлю 2026 — 33 фонда и 2,6 трлн ₽, рост СЧА в 253 раза. Накопленный приток за период — +2 036,1 млрд ₽, в 2,4 раза больше, чем во все остальные классы вместе.
5. 5 Фонды акций стоят мёртвыми весь период: помесячный поток ни разу не вышел за −5,3 млрд ₽ … +12,5 млрд ₽, накопленным итогом за 61 месяц — +82,8 млрд ₽ при СЧА в коридоре 84,8–231,2 млрд ₽. Это меньше, чем денежный рынок собрал за один лучший месяц ряда (+228,3 млрд ₽).
6. 6 Пайщик отыгрывает ожидание, а не решение. По дневным рядам четырёх УК отток из облигационных фондов на повышении ставки идёт все десять торговых дней ДО заседания — 0,230% сверх обычного дня, — а после решения затухает до 0,185%. В денежный рынок деньги приходят наоборот, уже после: +0,003% до против +0,195% после.
7. 7 Ряд собран из первички: 208 фондов и 4,0 трлн ₽ СЧА на июль 2026, источник — обязательные раскрытия УК: лента e-disclosure плюс официальные ряды с сайтов управляющих компаний, а не выгрузка агрегатора. Каждая цифра восходит к конкретной публикации; ссылки на первоисточники и то, чего мы пока не отдаём наружу, — в методике.

Рекордный отток в июле

Если смотреть только на последний год, июль 2026 выглядит внезапным разворотом. На всём ряду картина обратная: 61 месяц наблюдений для облигационных фондов, отрицательными были 34 — деньги из этого класса уходили годами. Подряд они, впрочем, не идут: самая длинная непрерывная серия оттока — 11 месяцев, и кончилась она в мае 2022; остальные отрицательные месяцы размазаны по всему ряду. Приток пришёл поздно, разогнался до пика в апреле 2026 (+125,7 млрд ₽ за месяц) и держался подряд 8 месяцев. А в июле 2026 сменился на −90,9 млрд ₽ — 7,4 раза глубже прежнего рекорда (октябрь 2025, 12,3 млрд ₽).

Поголовным бегством это назвать нельзя: деньги в класс заходили и в этом месяце. Если разложить нетто-цифру на составляющие, по отдельным фондам на выход пришлось 104,9 млрд ₽, на вход — 14,0 млрд ₽. То есть −90,9 млрд ₽ — это не общий исход, а перевес одной стороны над другой. Но и ровным этот перевес назвать нельзя: из 59 фондов класса деньги теряли 37, а три четверти суммы дали 4 фонда — разбор ниже.

Обратите внимание на колонку СЧА: она развернулась раньше потока. Максимум 1 026,2 млрд ₽ пришёлся на май 2026, и следующие месяцы класс сжимался ещё до того, как пайщики начали выходить. Это ровно та причина, по которой мы считаем потоки по паям, а не по изменению СЧА: СЧА падает и от переоценки портфеля, а паи уменьшаются только тогда, когда их гасят.

Рекорд сделали несколько фондов

Цифра по классу молчит о том, как отток устроен внутри, а картины за ней стоят разные: деньги могут уходить у всех понемногу, а могут — из пары крупных фондов. Здесь второе. Отрицательными в июле 2026 были 37 фондов из 59, то есть по числу отток широкий. Но 76% брутто-выхода приходится на 4 фонда, и 79,3 млрд ₽ из 104,9 млрд ₽ — это они.

Один из этих выходов стоит посмотреть на длинном ряде. «Первая — Фонд Корпоративные облигации» за 10 месяцев прошёл путь с 7,4 млрд ₽ до 89,7 млрд ₽ в мае 2026 — рост в 12,1 раза, — а в июле 2026 от этого пика осталось 51%, 45,9 млрд ₽. Деньги пришли быстро и половина ушла так же быстро. Чьи они, из раскрытия не видно: там есть СЧА и цена пая, но нет ни числа пайщиков, ни их состава, поэтому отличить одного крупного клиента от массового притока мы не можем и не будем.

Что из таблицы следует, а что нет. Следует: рекорд июля держится на нескольких фондах, и без них он был бы обычным месяцем — переносить его на следующий месяц как тенденцию нельзя, движение такого размера повторяется, только если повторится его источник. Не следует: вывод о настроениях рынка. 37 фондов в минусе — это широкий фон, но фон и рекорд здесь сделаны разными деньгами.

Куда ушли деньги

Простое объяснение «из облигаций переложились в акции» данные не подтверждают. В июле 2026 фонды акций получили +1,0 млрд ₽ — в 92 раз меньше того, что вышло из облигационных. Денежный рынок за тот же месяц набрал +90,4 млрд ₽ — почти ровно столько же, сколько ушло из облигационных фондов.

Соблазнительно прочитать это как переток, но данные такого вывода не дают. За предыдущие двенадцать месяцев денежный рынок собирал в среднем 68,1 млрд ₽ в месяц, и июль 2026 с его 90,4 млрд ₽ в этот обычный разброс укладывается. Если бы деньги облигационных фондов действительно пришли сюда, приток был бы заметно выше обычного — он не выше. Что мы видим: из одного класса вышли, другой продолжил расти своим темпом. Куда именно ушли эти рубли, из раскрытий не видно.

На длинном ряду видно, что июль 2026 — не исключение, а продолжение. Денежный рынок начинал период как ниша: 6 фондов и 10,3 млрд ₽ СЧА в июле 2021. Сейчас это 33 фонда, 2,6 трлн ₽ и 65% всех активов выборки — самый крупный класс розничных ПИФов, собравший за период +2 036,1 млрд ₽.

Фонды акций при этом никуда не двигаются: 84,8–231,2 млрд ₽ СЧА весь период, поток в диапазоне −5,3 млрд ₽ … +12,5 млрд ₽ в месяц. За 61 месяц в них пришло +82,8 млрд ₽ — меньше, чем денежный рынок собрал за один лучший месяц ряда (+228,3 млрд ₽ в декабре 2024).

Что двигает эти деньги

Ключевая ставка за период прошла путь от 6,5% до 21,0% и обратно к 14,5%. Это один полный цикл — для проверки закономерности мало, и дальше мы это покажем прямо. Чтобы классы можно было сравнивать, поток считается не в рублях, а в процентах от размера класса: денежный рынок за период вырос в 253 раза, и его рубли забивают всё остальное независимо от того, что происходит.

Если разбить месяцы по тому, где ставка стоит относительно уровня трёхмесячной давности, классы ведут себя по-разному. Ярлыки фаз названы буквально, и это не придирка: в апреле 2022 года ЦБ срезал ставку с 20 до 17%, но тремя месяцами раньше она стояла на 8,5% — такой месяц попадает в верхнюю фазу, хотя решение было на снижение.

В месяцы, когда ставка была выше, чем тремя месяцами раньше, облигационные фонды теряли 1,4% своей СЧА в месяц, а денежный рынок набирал 14,8%. Когда ниже — облигационные получали +7,8%, денежный рынок +3,1%. Соблазн назвать это механизмом велик, и дальше мы объясняем, почему на этих данных так говорить нельзя.

Первое: месяцев в нижней фазе 20, но независимых эпизодов среди них 2 — и они разного знака. В эпизоде май 22–ноя 22 (7 месяцев) облигационные фонды давали −0,3% в месяц. А в эпизоде июн 25–июн 26 (13 месяцев) облигационные фонды давали +12,2% в месяц. Среднее по фазе — это средневзвешенное двух наблюдений, одно из которых закономерность подтверждает, а второе опровергает. Строго говоря, n здесь равно 2, а не 20.

Второе, и это важнее: разворот потока опередил разворот ставки. Ставка стояла на 21,0% с января 2025 до мая 2025, а поток в облигационные фонды за это время перевернулся с −1,8 млрд ₽ до +29,1 млрд ₽ — при неподвижной ставке и за 4 месяца до первого снижения. Тот же контроль на одинаковом уровне ставки в разные годы даёт разные потоки. Значит «направление ставки» происходящее не объясняет: поток и фаза цикла идут вместе по времени, но что здесь причина, наши данные не показывают.

Третье, поменьше: 3 месяца в верхней фазе посчитаны по неполной выборке — в биржевой стресс ЦБ разрешает УК не рассчитывать СЧА. Выбросишь их — верхняя фаза даёт −1,4% по облигационным (против −1,4%) и +16,2% по денежному рынку (против +14,8%). На главную цифру это не влияет, на денежный рынок влияет заметно; разбор — в разделе «Выборка дышит».

И отдельно про акции. Размах средних между фазами у облигационных фондов — 9,3 пп, у фондов акций 2,1 пп: движения сопоставимого размера у них нет ни в одну сторону. Сравнивать надо именно размах, а не потолок: по модулю средний поток акций доходит до 1,7% СЧА, то есть больше, чем главный эффект по облигационным фондам, — на потолке «не реагируют» доказывалось бы числом крупнее того, которым доказывается реакция. При СЧА класса 84,8–231,2 млрд ₽ это единицы миллиардов в месяц: деньги в российских розничных фондах ходят между двумя долговыми состояниями, а фонды акций в этом обмене не участвуют.

По одному циклу закономерность не доказывают, поэтому мы посмотрели на предыдущий. Управляющие компании публикуют свои ряды СЧА и стоимости пая заметно глубже, чем лента раскрытий: у четырёх крупнейших история уходит за 94 месяца до начала этого ряда — считаем по месяцам, в которые ключевая ставка вообще существовала, она введена только в сентябре 2013 года — и накрывает цикл, где ставка доходила до 17,0%. На нём та же метрика даёт −3,9% в месяц в верхней фазе и +5,0% в нижней — знаки те же, порядок тот же.

Только независимой эту проверку считать нельзя, и это стоит сказать прямо: ранний отрезок — те же четыре компании, которые и в основном окне делают почти весь класс облигационных фондов, медианно 32 фонда на отрезок. То есть проверяется устойчивость во времени, а не воспроизводимость на других участниках рынка. К тому же класс облигаций у этих компаний тогда весил единицы миллиардов, и проценты считаются от маленькой базы. В графики и таблицы выше этот период не включён и в рекордах не участвует.

Отдельно мы проверили, не прячется ли за этими средними разница между двумя типами фондов. Биржевой ПИФ покупают в терминале за минуту, открытый — заявкой в приложении УК с расчётом на следующий день; логично ожидать, что первые дёргаются сильнее. Реестр Банка России даёт тип фонда, так что вопрос решается счётом, а не рассуждением. Ответ — в двух фазах из трёх разницы нет: в верхней фазе биржевые облигационные фонды теряют 1,5% в месяц, открытые — 1,7%; в нижней набирают +8,5% и +7,8%. А вот на плато они расходятся вдвое: +3,1% против +1,6% — и это ровно та фаза, в которую попал рекордный июль. Считано по 38 фондов биржевым и 25 фондов открытым фондам, вошедшим в расчёт за все 61 месяц; на конец июля 2026 открытых из них осталось 22, СЧА групп — 340,2 млрд ₽ и 591,6 млрд ₽. Скорость доступа к деньгам решения пайщика в движении цикла не меняет.

Когда именно двигаются деньги

Месячный ряд отвечает, куда деньги пошли, но не когда. Управляющие компании публикуют СЧА и цену пая каждый день, а не раз в месяц, — значит, поток можно посчитать по дням и посмотреть, что происходит вокруг конкретного заседания совета директоров ЦБ. Пайщик реагирует на решение или на его ожидание?

Ниже — отклонение от обычного дня. Просто «поток вокруг заседания» ничего бы не показал: денежный рынок рос все эти годы сам по себе, и любое окно вокруг любой даты дало бы у него приток. Поэтому из каждого дня вычтен фоновый средний дневной поток класса за период.

Главное здесь — деньги уходят из облигационных фондов до заседания, а не после. Перед решением о повышении ставки отток идёт все десять предшествующих торговых дней по 0,230% сверх обычного, и после решения он не ускоряется, а затухает до 0,185%. Само движение в день решения повторяется от заседания к заседанию: медиана −0,220%, и в ту же сторону движение идёт у 90% заседаний. Похоже, что пайщик отыгрывает не решение, а его ожидание.

Вторая находка — зазор. Из облигационных фондов выходят заранее, а в денежный рынок деньги приходят в основном уже после заседания: +0,003% в день до против +0,195% после. Но зазор этот есть только вокруг повышений: вокруг снижений приток в денежный рынок идёт ровно одинаково до и после (+0,072% против +0,079%). То есть «два разнесённых решения» — это про один тип заседаний, а не про поведение пайщика вообще.

И одна проверка, которая не прошла. В день снижения ставки средний приток в облигационные фонды выглядит огромным — +0,383% против фона, — но медиана всего +0,102%, то есть среднее вытягивают несколько крупных дней. Устойчивым это движение делает не размер, а повторяемость: оно есть у 64% заседаний. По фондам акций не прошла и она — там знаки скачут от заседания к заседанию, и никакой реакции на ставку в дневных данных нет.

Оговорка к этому разделу отдельная и сильная. Считано это по дневным рядам четырёх УК с 2018 года — в ленте раскрытий дневных рядов нет вообще, — то есть по другой выборке и за другой период, чем месячный ряд выше: сравнивать их напрямую нельзя, совпадение направлений само по себе ничего не доказывает. Фон, от которого считается отклонение, тоже один на все годы, а денежный рынок за это время вырос в сотни раз, так что ранние заседания дают у него завышенные проценты. И окна соседних решений местами перекрываются — 19 пар из 44, — значит заседания внутри фазы не являются независимыми наблюдениями. Направление и порядок величин смотреть можно, переносить на рынок целиком — нет.

Итог за 61 месяц

Если сложить все месяцы, картина периода такая: в розничные ПИФы выборки пришло +2 868,8 млрд ₽, из них +2 036,1 млрд ₽ в денежный рынок и +682,6 млрд ₽ в облигационные фонды. СЧА выборки выросла с 0,6 трлн ₽ до 4,0 трлн ₽, а число фондов в расчёте — с 96 до 208: часть прироста приходится на то, что мы видим больше фондов, а не только на новые деньги.

Чего в этих цифрах не хватает

Охват мы теперь не описываем, а считаем. Банк России ведёт реестр паевых инвестиционных фондов, и из него получается знаменатель: на дату снимка 387 действующих розничных фонда — 260 открытых, 114 биржевых и 13 интервальных, без тех, что только для квалифицированных инвесторов, и без закрытых. Мы видим 207 из них, это 53%. Реестр выгружен 5 августа 2026, срез охвата — июль 2026.

Но средняя цифра здесь врёт, потому что половины у нас разные. Биржевых фондов в выборке 112 из 114 — 98%, то есть практически все. Открытых — 95 из 260, всего 37%. Интервальных мы не видим ни одного из 13: в выборке они заявлены, но сборщики рядов их не берут — это дыра, а не решение. Непокрытые 180 фондов разбросаны по 54 управляющим компаниям, и это в основном небольшие дома: у крупнейшей из них не хватает 12 фондов. Сколько в них денег, реестр не говорит — СЧА в нём нет, а значит, охват по деньгам мы по-прежнему не измеряем, только по числу фондов.

Полгода ряд был устроен хуже, и об этом стоит сказать прямо: до версии 0.8 в нём были почти одни биржевые фонды, потому что только они попадают в ленту раскрытий. Открытые ПИФы не попадали в расчёт вообще, а весят они, судя по нашему же ряду, не меньше биржевых. Дыру закрыл сбор с сайтов управляющих компаний, разбор в методике. Практический вывод для читателя: цифры до 0.8 занижены примерно вдвое, и цитировать их не надо.

Отсюда правило чтения этой страницы: направление и соотношение классов надёжны, абсолютные суммы могут быть занижены. Внутри выборки всё считается одинаково от месяца к месяцу — но из этого не следует, что невидимые 180 фондов ведут себя как видимые, и мы этого не измеряли. Единственная косвенная проверка — биржевые против открытых — различий в движении цикла не нашла, но она сделана внутри выборки и на вопрос «а как ведут себя те, кого нет» не отвечает. Насколько выборка представительна, мы не знаем. Масштабировать ряд «до полного рынка» коэффициентом мы не будем — это была бы уже не первичка, а оценка поверх оценки.

• Ряд начинается с июля 2021. Это не начало рынка и не месяц, в котором появляется лента раскрытий — она в наборе есть и раньше, но приносит считанные фонды. Это граница, с которой охват мы считаем рыночным, и задана она в сборщике константой, а не выведена из данных. Поэтому «рекорд» на этой странице всегда означает рекорд из того, что мы собрали, и по мере роста ряда такие формулировки будут отваливаться сами.
• Данные глубже июля 2021 есть, но в основной ряд не идут. Сайты УК отдают историю до девяностых, и 126 месяцев до начала ряда мы посчитали (из них 94 месяца — с реально существовавшей ключевой ставкой) — но там четыре компании и медианно 32 фонда вместо двух сотен. Этот отрезок используется ровно в одном месте: проверить реакцию на предыдущем цикле ставки. В графики, таблицы и рекорды он не попадает.
• Классы — по названию фонда. В раскрытии по 5609-У объекта инвестирования нет вообще, есть только название, номер правил, СЧА и цена пая. Правила разбора названий проверяются на поведении цены пая (у денежного рынка она идёт только вверх и почти без разброса). Спорные случаи размечены руками, и это не мелочь: ручная разметка накрывает 23 фонда и 13% СЧА выборки, крупнейший из них — «Первая — Фонд Сберегательный» на 337,5 млрд ₽, отнесённый к классу «денежный рынок». Ошибка отнесения одного такого фонда сдвигает класс. У каждой ручной записи есть письменное основание — поведение цены пая, а не «так виднее».
• ЗПИФы исключены целиком. Их паи не торгуются, и «приток» там — закрытая допэмиссия под одного инвестора. С ними ряд перестаёт быть про розницу.
• Фонды появляются и исчезают. Фонд без предыдущего месяца в поток не попадает: иначе запуск нового ПИФа и пропущенная публикация выглядели бы как гигантский приток. Цена решения — часть реального притока в новые фонды мы теряем. Симметричная дыра опаснее: мы берём одну дату публикации в месяц, и фонд, который в этот день не раскрылся, просто выпадает из ряда вместе со своим оттоком. Отдельного счётчика таких выпадений у нас пока нет, и это честнее сказать, чем назвать число: отличить ликвидацию фонда от сдвига даты раскрытия по одной ленте нельзя.

Что ломается в первичке

Раскрытия — это сотни сообщений в день от десятков УК, и часть из них содержит ошибки, которые молча ломают расчёт. Две мы ловим автоматически, и обе стоит знать всем, кто считает по тем же данным.

• Переставленные колонки. УК публикует СЧА и расчётную стоимость пая местами. Признак надёжный: СЧА фонда не может быть меньше цены одного пая. Без проверки такой месяц даёт фантомный отток на триллион рублей — ровно это мы и увидели в первом прогоне на одной УК за июнь 2025. Проверка стоит в обоих источниках; в сборе с сайтов УК её полгода не было, и это чинилось уже после публикации материала — на текущих данных она там не срабатывает ни разу.
• Дробление паёв. Цена пая прыгает в разы, и паи до и после несопоставимы: разность даёт «приток» размером с фонд. Такие переходы мы помечаем и месяц перехода из расчёта выбрасываем, а не пытаемся пересчитать коэффициент.
• Переименования. Сшивать ряд по названию фонда нельзя: имя за собранный период меняли десятки фондов. Ключ — номер правил доверительного управления без кода и ведущих нулей, потому что один и тот же фонд раскрывается то в длинной форме, то в короткой. Строки вообще без номера правил в ряду есть, и раньше они молча сшивались как раз по имени; теперь такие ряды идут под ключом источника и считаются отдельно.

Что дальше

Первое — расширить сбор с сайтов управляющих компаний. Сейчас там четыре дома; они закрывают почти весь объём, но «почти» держится на внешней оценке, а не на нашем счёте. Пока в выборке не будет всех, кто публикует ряды, охват остаётся описанием, а не измерением.

Второе — раздвинуть рыночное окно вглубь. Ряд с полным охватом начинается с июля 2021, а данные до него есть, но по четырём УК. Каждая новая компания удлиняет не конец ряда, а его начало — и именно это решает, можно ли говорить о цикле 2014-2016 как о рыночном факте, а не как о поведении четырёх домов.

Третье — мёртвые фонды. Ликвидированный ПИФ исчезает с сайта УК вместе со своей историей, и его последний отток мы уже не увидим никогда. В ленте раскрытий он остаётся. Насколько это смещает ряд, мы пока не мерили.

Четвёртое — снять ручные шаги. Половина сбора ходит по расписанию, половина руками; пока это так, «ежемесячно обновляемый ряд» держится на том, что кто-то не забыл. Туда же — выложить снимок в машиночитаемом виде, со списком фондов и номерами правил ДУ, чтобы расчёт можно было повторить, а не поверить на слово.

Пятое — событийное окно. Сейчас оно считается по четырём УК с одним фоном на восемь лет и с перекрывающимися окнами соседних заседаний. Скользящий фон и развод перекрытий сделают эту часть сопоставимой с остальной, а до тех пор её числа стоит читать как направление, а не как измерение.